19.09.2017 » Форум переводится в режим осенне-зимней спячки, подробности в объявлениях. Регистрация доступна по приглашениям и предварительной договоренности. Партнёрство и реклама прекращены.

16.08.2017 » До 22-го августа мы принимаем ваши голоса за следующего участника Интервью. Бюллетень можно заполнить в этой теме.

01.08.2017 » Запущена система квестов и творческая игра "Интервью с...", подробности в объявлении администрации.

27.05.2017 » Матчасть проекта дополнена новыми подробностями, какими именно — смотреть здесь.

14.03.2017 » Ещё несколько интересных и часто задаваемых вопросов добавлены в FAQ.

08.03.2017 » Поздравляем всех с наступившей весной и предлагаем принять участие в опросе о перспективе проведения миниквестов и необходимости новой системы смены времени.

13.01.2017 » В Неополисе сегодня День чёрной кошки. Мяу!

29.12.2016 » А сегодня Неополис отмечает своё двухлетие!)

26.11.2016 » В описание города добавлена информация об общей площади и характере городских застроек, детализировано описание климата.

12.11.2016 » Правила, особенности и условия активного мастеринга доступны к ознакомлению.

20.10.2016 » Сказано — сделано: дополнительная информация о репродуктивной системе мужчин-омег добавлена в FAQ.

13.10.2016 » Опубликована информация об оплате труда и экономической ситуации, а также обновлена тема для мафии: добавлена предыстория и события последнего полугодия.

28.09.2016 » Вашему вниманию новая статья в матчасти: Арденский лес, и дополнение в FAQ, раздел "О социуме": обращения в культуре Неополиса. А также напоминание о проводящихся на форуме творческих играх.
Вверх страницы

Вниз страницы

Неополис

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Неополис » Незавершенные эпизоды » [23 декабря 2015] Праздник к нам приходит...


[23 декабря 2015] Праздник к нам приходит...

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

1. НАЗВАНИЕ ЭПИЗОДА: Праздник к нам приходит...
2. УЧАСТНИКИ ЭПИЗОДА: Minami Arai, Patricia Ciesa
3. ВРЕМЯ, МЕСТО, ПОГОДНЫЕ УСЛОВИЯ: Зима, сочельник, легкий, но постоянный снегопад, -15
4. КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ СОБЫТИЙ: Когда женщине приходит идея купить подарок перед самым Праздником, в толпе и суете, это может привести к самым неожиданным знакомствам...
5. РЕЙТИНГ: нет
6. ОПИСАНИЕ ЛОКАЦИИ:

Торговый центр "La luna piena"
улица Третьей Звезды, 54.
http://sh.uploads.ru/9eoWg.jpg
Здание было построено по новым технологиям, с применением энергонакапливающих пластин. Благодаря им, а так же специальных фонарей с наступлением сумерек здание начинает светиться, постепенно переливаясь разными цветами каждый час. За столь заметный и чарующий вид в народе центр также называют "Радуга" или "Путеводная звезда", так как не заметить его довольно сложно.
Включает в себя около двухсот различных торговых магазинов, два десятка ресторанов и кафе, кинотеатр на пятнадцать залов, искусственный ледовый каток, боулинг, бильярд, небольшую площадку для игры в гольф, два развлекательных центра (для детей и взрослых), с различными автоматами и играми. Каждые выходные на сцене, расположенной в центре первого этажа проводятся различные конкурсы и выступления, а вечером здесь можно насладиться живой музыкой и потанцевать.Так же на цокольном этаже расположен супермаркет, где любой желающий может приобрести продукты или самое необходимое для дома и выйти к парковке, на которой не только можно заранее оставить свой автомобиль, но и вызвать такси или сесть на маршрутку до ближайшего вокзала

0

2

Припарковав магнитокар на подземной парковке «La luna piena», Патриция на несколько минут откинулась на спинку водительского кресла и прикрыла глаза. Зря она отпустила водителя сегодня, зря. Она не знала, чего в ней сейчас больше: усталости, раздражения  или желания поскорее все это закончить – это был третий по счету после «Tridente» и «Lazio» торговый центр, в который она заехала, и силы таяли стремительно, обратно пропорционально  количеству посещённых бутиков, магазинов и магазинчиков. Не говоря уже о том, что сломя голову носящаяся и скупающая в преддверии праздника всё подряд суетливая толпа убивала настроение. Слишком поздно она на этот раз спохватилась, о подарках, тем более о таком, особенном, нужно заботиться заранее. И искать «то не знаю что», что расскажет другому человеку исключительно о тебе и твоём  отношении к нему, нужно не в махинах элитных торговых центров, а в крохотных, незаметных магазинчиках где-нибудь на побережье. Патриция это понимала, и от этого раздражалась ещё больше. Надо взять себя в руки и закончить поиск.

После неожиданного ноябрьского посещения Аосикаей-сан «Эвольвенты» и их достаточного откровенного разговора прошло порядком времени, но нет-нет, а Патриция вспоминала обо всём, что они тогда обсуждали, и задумывалась, что пора бы что-то менять в своих отношениях с мужчинами. Доли трезвого рассудка и рациональности в этих размышлениях было значительно больше, чем омежьего желания найти защиту и опору, хотя кому как не ей было понятно, что расширить свою концертную деятельность, а то и выйти на большую сцену ей, омеге, стоит только имея за спиной приличную каменную стену. Самыми крепкими «стенами» на Деметре были альфы, но, как на грех, именно их Патриция и не жаловала – и это внутреннее разногласие с самой собой не давало ей перейти от размышлений к действиям.

Возможно, душевные метания продолжались бы ещё не одну неделю, но пару дней назад Юлианна, за очередной чашкой кофе, вскользь заметила ей, что при случае сама Патриция не брезгует прибегать к помощи того же Бонасеры или Борджа, кои как раз альфами и являются, и, более того, порой на эту помощь без стеснения рассчитывает. Для Патриции осознание этого факта было сродни грому среди ясного неба. Поразмыслив, она поняла, что уже давно и прочно связана как минимум с тремя альфами и вовсе не испытывает к ним сильных отрицательных чувств, а если и испытывает, то, скорее, по привычке.
И если с Абисс они давно и прочно были подругами, а с Бонасерой отношения к декабрю прочно и окончательно сошли на нет, то с Малкольмом у них уже почти четыре года тянулось что-то крайне зыбкое, но интересное. То, что Патриция упорно считала и называла «старой дружбой». В «Эвольвенте» Борджа появлялся спонтанно, но более-менее регулярно, и как-то так сложилось, что через год после своего появления он уже аккомпанировал только Патриции, выказывая ей явное предпочтение, оказывал знаки внимания, впрочем, определённых границ не переходя. Они могли провести вместе вечер за бокалом вина после выступления и  какой-нибудь раут или благотворительную вечеринку, куда пригласили обоих по отдельности, спокойно после этого прощаясь и расходясь, без всяких намёков на постель. И если сначала Патриция опасалась предложения провести ночь, то через несколько месяцев привыкла, и эта спокойная уверенность в своей неприкосновенности рядом с Мэлом и  делала для неё их  отношения исключительными. Что там имел себе на уме Борджа, её не сильно интересовало. Поначалу. Выступать бок о бок получалось у них хорошо, даже Патриция не могла этого не признать. Да, иногда она задумывалась, видит ли он в ней омегу или просто женщину, но не слишком – он вел себя безупречно галантно, а ей вполне достаточно было чувствовать себя рядом с ним леди. К знакам внимания и комплиментам от не слишком эмоционального, но сладкоречивого альфы Патриция привыкла достаточно быстро: со временем они  не только перестали раздражать, но и стали восприниматься как нечто само собой разумеющееся, неотъемлемую часть самого Малкольма, его шарм. Она даже скучала, когда тот пропадал уж слишком надолго. Правда, за четыре года так ни разу  себе и не позволила спросить у Юлианны,  когда он появится и чем занят... Та только посмеивалась и сообщала ей подробности его жизни, все которые знала и даже те, о которых только догадывалась. Патриция отмахивалась, но запоминала. Сторонние замечания о том, что она с Борджа красивая пара и прекрасно смотрятся вместе, разумеется, тешили её самолюбие. Патриции казалось, что и Мэл с удовольствием поддерживает эту иллюзию у окружающих и подхватывает эту игру, когда находится рядом. Она и сама была не против,  но внутри, между собой, они, не сговариваясь, держали дистанцию. Хотя, изредка, и позволяли себе что-то такое-этакое… Например,  этой осенью, в конце сентября, вместо одной из репетиций Малкольм предложил поучить его вальсировать, и они протанцевали до самого прихода обслуги в ресторан. Получилось сначала неловко, затем весело, а под конец настолько интимно, что, пожалуй, не войди уборщица, Патриция за себя уже и не ручалась бы.  После этого вечера Мэл пропал на пару месяцев. Такое случалось и раньше, поэтому она не сильно беспокоилась. И только теперь сопоставила такие вот удавшиеся вечера и долгие исчезновения Борджа. Хотя она давно заметила, что Малкольм никогда не появлялся перед ней ни перед, ни после гона, а ей самой неприятна мысль, что она почувствует в его запахе примесь чужого. И последнее время уже не хотелось, чтобы альфа почувствовал в её запахе примесь случайного партнера. Которых, к слову, последний год у неё и не случались. Вот на этой мысли, помнится, Патриция даже брови удивлённо приподняла. А ведь правда, если посчитать, то за последний год у неё никого и не было…

В итоге, сложив разговор с Юмэми-сан, недавнее замечание и предыдущие неоднократные намеки  Юлианны и собственные наблюдения и выводы, Патриция решила действовать. И если до этого момента любая мысль о «крепкой стене» скорее напоминала клетку, то сейчас, в преддверии праздника,  грозящего пройти в гордом одиночестве, перспектива наладить с Малкольмом более глубокие отношения обрела радужные перспективы. С одной стороны, спешить тут было нельзя, с другой, на такого завидного холостяка, ещё ни разу себя не связавшими узами брака и никогда не дающего повода думать о чём-то большем, охотниц и охотников было хоть отбавляй. И если раньше Патриции только посмеивалась, наблюдая все тщетные усилия слабых полов захомутать привлекательного со всех сторон альфу, – её-то отношения с ним были намного стабильнее и выходили за подобные рамки, – то теперь главной задачей стало намекнуть на серьезность собственных намерений. Тем более, что шансы, теперь она была уверена, были все. И даже чуть больше.

Это требовалось проверить. Дело было за малым – найти подходящий подарок. Что-нибудь особенное, ни в коем случае не дешёвое, но и не слишком дорогое, не просто ненужный сувенир, а вещь, которая подскажет, натолкнет Мэла на мысль –  «пора». И  это стало головной болью, Патриция даже близко не представляла, что же это такое может быть. Коммуникатор? Часы? Галстук? Бутылка дорогого вина? Костюм? Не оружие же, которое он так любит! Что вообще можно подарить мужчине, у которого есть всё?! А то, чего нет, он получит или возьмет, не особо напрягаясь?..
Поиски в интернет-магазинах ничего не дали. Ни к Юлианне, ни тем более к Кайтрионе обращаться она не стала, прежде всего во избежание сплетен, хихиканий и шепотков –  с этих станется, не только за спиной. Она даже попробовала спросить совета у Вильбрэма, своего управляющего, дядьки со статусом «семейный и мудрый», но подходящего так ничего и не услышала. И вот тогда пришлось сесть за руль и попытаться пройтись по торговым центрам. И «La luna piena» был её последней надеждой.
Патриция открыла глаза, нашла в «бардачке» витамины, выпила, заставив себя взбодриться, и вышла из магнитокара. В стеклянной от пола до потолка, разукрашенной гирляндами капсуле лифта ткнула кнопку наугад –  этаж был неважен, все бутики и магазины располагались на нескольких верхних этажах. Какая разница, с каких начать? Ювелирные, спортивные,  электроника, одежда… Патриция проходила уже третий этаж, скользила взглядом по ярким зазывным йольским витринам, даже не заходя внутрь магазинов – ждала чего-нибудь, что зацепит взгляд, внутреннего импульса. Притормозив у витрины с галстуками и яркими шейными платками –  похожий у Мэла она однажды видела, – Патриция развернулась, решив в этот магазинчик всё всё же заглянуть… и столкнулась с тихо и незаметно подошедшим и остановившимся рядом мужчиной. Столкновение оказалось сильным, мужчина пошатнулся, что-то упало на пол.  Патриция сама едва удержавшись на ногах, шагнула в сторону, под сапогом хрустнуло.


внешний вид

http://s4.uploads.ru/t/TkiNW.jpg

Отредактировано Patricia Ciesa (16 марта, 2017г. 16:40:03)

+1

3

Приближался Новый Год. А это, как водится, значит, что снежинки медленно кружились в воздухе, разбавляя искринками городской смог, все деревья, столбы и любые пригодные и непригодные для этого предметы были увешаны гирляндами, магазины пестрели объявлениями об исключительно выгодных предложениях, а задорные новогодние песенки доносились из каждого утюга. Хотя Минами вовсе не имел привычки что-либо праздновать (да что уж там, денег на это тоже особенно не имел), но атмосфера в городе стояла удивительно благожелательная, и заразиться хорошим настроением было практически невозможно. Вообще говоря – это был первый Новый Год, который он планировал праздновать. Речь тут не идет конечно о студенческой добровольно-принудительной программе, вроде как: «ваш потом стоит вот тут на площади, а вот вы устраиваете капустник». На самом деле эта самая обязаловка отнимала все силы и желание что-то отмечать, после четырех часов в мороз на площади (часто не в самой трезвой компании), говоря по правде, хотелось только одного – упасть и умереть (и хорошо бы еще исхитриться упасть аккурат под одеяло). В этом году Минами представился шанс реабилитироваться перед обществом и влиться, наконец-то,  в массу нормальных людей, которые отмечают праздники.

В этом году он, можно сказать, приобрел товарища, в лице преподавателя политологии, по счастливой случайности своего ровесника Антона Миттена. Сказать, что раньше Минами относился к политике, истории и прочей антропологической и исключительно неточной ерунде с презрением – почти что ничего не сказать. Всем известна вузовская поговорка о том что, те, кто умеет считать идут в естественные науки, для всех остальных придумали социологию. Ну, так вот – Миттен хотя и был преподавателем гуманитарной науки, являлся, вопреки ожиданиям, человеком исключительно умным. Более того, он был отличным собеседником, и Минами, пожалуй, впервые за недолгий срок преподавания решил, что с этим коллегой было бы неплохо завести и неформальные товарищеские отношения.  Поэтому, когда Миттен пригласил Араи на свой домашний праздник – они с женой собирали самых близких друзей у себя дома – хотя соблазн по обыкновению отказаться от мероприятия и был велик, но желание продолжить знакомство с этим человеком перевесило досадную необходимость свести знакомство со всеми людьми, которые будут присутствовать на вечере. К двадцати шести годам отрицательные качества психики и темперамента уже не являются такими острыми проблемами, и интроверсия в сочетании с преимущественно шизоидным типом уже не означают полную несостоятельность в коммуникации.  Годы дрессировки, как говориться.
Дабы не попасть в неловкую ситуацию, Минами решил сразу напрямую спросить о том, как дело обстоит с подарками, на что получил ответ, что да, подарки дарить будут, такова уж их маленькая семейная традиция, но подарки недорогие – в пределах 10-20 кредитов. И клятвенно заверили, что и он, Минами, получит свой скромный подарок. Как бы то ни было, Минами решил сделать подарок и Авелю – в прошлом году об этом он непостижимым образом забыл, а потому подарил какую-то случайную книгу в наименее истертом переплете. Авель честно прочитал «Основы ядерной физики», но подарок этот явно не выдерживал критики. В этот раз решил наверстать упущенное и подарить действительно стоящую вещь.

Какое-то время Минами бесцельно бродил по смутно знакомой части города, пока не вышел к огромному торговому центру. На первом этаже он зашел в алкогольный магазин. Там его внимание привлекла бутылка виски вполне приличная по стоимости (неблагородная, но такая, которую нельзя заподозрить в содержании технического спитрта). Зеленоватая этикетка с нарисованным кораблем сообщала «Kutty Sark original scotсh whisky»  - как большому поклоннику земной истории, хозяину вечера должна понравится хотя бы бутылка, но если повезет – содержимое тоже окажется вполне достойным внимания. Далее Минами поднялся по эскалатору, рассеянно разглядывая витрины магазинов. Что можно подарить почти незнакомой женщине, кроме цветов, на которые у нее может оказаться аллергия? Проходя мимо выставленных товаров, он перебирал в голове насколько был бы приемлем тот или иной вариант.  Взгляд скользнул по витрине с галстуками и Минами остановился, чтобы посмотреть, что еще есть в магазине, заодно обдумывая прилично ли дарить женщине шейный платок. После недолгих размышлений он пришел к выводу, что ничего такого в этом нет, а искусственный шелк едва ли способен вызвать аллергическую реакцию, и хотел было уже двинуться к входу в магазин, но в его плечо резко ткнулась женщина, внезапно решившая развернуться. Минами пробормотал что-то вроде: «Ой, простите», и уже наклонился в попытке поймать очки, решившие, что сейчас самый подходящий момент продемонстрировать свои аэродинамические свойства и услышал до боли знакомый скрежет, от которого сводило скулы – звук трескающегося стекла.

« Вот… ведь… черт!» - только и успел он подумать. Подняв глаза на невнятное каштаново-бежевое пятно перед ним, он вежливо кивнул, мол, ничего страшного и попытался изобразить на лице улыбку. Дома у него где-то валялись очки – на пол диоптрия слабее, но это ерунда. Основная проблема состояла в том, что в данный момент он видел все так, как рисовал бы художник импрессионист с претензией на абстрактность. То есть явно недостаточно хорошо, чтобы добраться до дома без проблем. Пятно шагнуло чуть назад, что позволило Минами вновь нагнуться и нащупать среди осколков погнутую оправу. Ну, одна линза все-таки цела – уже не плохо. Разглядеть номер автобуса, например, удастся. Через эту линзу он разглядел лицо очаровательной женщины. Или девушки? Ей могло быть от двадцати до тридцати – как и любой достаточно стройной женщине, привыкшей пользоваться косметикой, и предпочитающей неброскую светлую одежду. В чертах ее лица определенно было что-то привлекательное. Еще раз извинился, в конце концов, она стояла к нему спиной и  никак не могла видеть, его вина, что он не обратил внимания на неё. Но вот что теперь делать? Минами стоял в ступоре, неспособный решить – ехать домой прямо сейчас, или же закончить запланированное? Вряд ли ему удастся еще раз уделить вечер для поездки в Римско-Парижский квартал. А тут еще в голове затесалась параллельно какая-то странная и отчего-то противная мысль о том, что не будь она женщиной, как бы он повел себя тогда?

Отредактировано Minami Arai (21 января, 2017г. 13:37:57)

+1

4

Треск стекла под шпилькой сапога прозвучал как похоронный звон всем её планам. Ну, конечно! Разве могло быть по-другому в этот чертовски бестолковый день, не задавшийся с самого утра! Патриция, наверное, просто развернулась и молча бы ушла, если  мужчина проявил бы хоть каплю недовольства. Но тот лишь извинился, беспомощно моргнув,  и  присел, в поисках раздавленных ею очков шаря по полу ладонью, не выпуская из второй яркой упаковки-сумочки с алкоголем. Нет, она, конечно, не раз видела мужчин у своих ног… но как-то не в таком качестве. Он что, совсем не видит без них? Бета выглядел настолько беспомощным … Боги, как же некстати и как неудобно! «Порежется», -  понаблюдав пару мгновений, Патриция, присев, подобрала очки – то, что от них осталось, –  и вложила незнакомцу в ладонь. Тот снова поблагодарил, поднялся и снова извинился, пристроив покореженную оправу на положенное место – чем вызвал у Патриции стойкое чувство досады. На себя, на весь этот день, на ситуацию в целом и в частности. Ну что за нелепость, право! Теперь она виновата в том, как выглядит этот человек!
- Извините, я слишком торопилась, - Патриция рассматривала бету. В оправе с одним стеклом он  выглядел менее растрепанным и растерянным, взгляд обрел осмысленность и определённость, хотя вот теперь было заметно, насколько у очков толстые стекла. Были. Мужчина разглядывал Патрицию через оставшееся «в живых», но как-то отстранённо, словно решал параллельно ещё несколько вопросов или проблем. И она вдруг подумала, что без очков он смотрелся бы значительно симпатичнее, даже несмотря на стойкий искусственный запах гвоздики. Бетам в принципе трудно понять, насколько чувствительны альфы и омеги, различающие даже феромоны, к такой вот парфюмерии. Ни в глазах, ни во всем виде мужчины не было ни грамма праздничного настроения, царящего вокруг, навязчиво сверкающего из витрин и льющегося из динамиков.  Откуда он тут вообще взялся такой, совершенно выбивающийся из препраздничной колеи? Патриция на секунду даже увидела между ними сходство: надо же, не она одна не любит праздники… Но праздник праздником, а она лишила человека – почти слепого человека, как она уже успела заметить, – жизненно важной вещи. Надо разобраться с этим, пока у неё есть время. – Мне очень неловко, что я разбила вам очки. Я видела на этом этаже салон оптики – могу я проводить вас туда? Совсем нехорошо начинать праздник с неприятности, –  Патриция добавила в голос немного мягкости. В конце концов, мужчина не так уж и виноват, а ей совсем несложно купить незнакомцу очки, тем более, что так она об этом случае быстрее забудет.

Отредактировано Patricia Ciesa (22 января, 2017г. 22:21:57)

+1

5

«Э, брат, видать, ты совсем жалко выглядишь…» - пронеслось в голове после того, как женщина вновь стала извиняться, а уж предложение проводить до оптики совсем сбило с толку. Уж не собирается ли она еще и платить? И тут исключительно джентельменское воспитание, говорящее, что женщина априори ни в чем не виновата и никому не обязана, и вообще от нее максимум что требуется – благодарить за придержанную дверь, столкнулось с фон Неймановской социально безответственной установкой, гласящей, что мы не несем ответственности за окружающий мир. А раз за происшествие никто в ответе, почему это кому-то, и в частности ему, приходится нести потери? В общем, когнитивный диссонанс с мерзкой такой улыбочкой протянул ручонки к кнопке перезагрузки. Кроме того,  затея эта была совершенно бестолковая – таких линз с роду никогда не было в наличии ни в одной в оптике и на заказ делать очки – это же неделю минимум, если линзам не ехать из другого полиса, что, очень вероятно, если заказываешь не самое простое стекло. Единственной более-менее адекватной мыслью среди всего этого разброда была о том, что у этой женщины, по всей видимости, проблем со зрением никогда не было, раз она не знает таких нюансов. По-хорошему надо было сказать: «все нормально», развернуться и бежать. И задумываться, почему именно бежать, совсем не обязательно.
Ну вот, какого черта он позволил уже утянуть себя в сторону этой треклятой оптики, он же знает, что в торговых центрах цены будут такие, что проще купить бинокль. Он уже злился на себя за то, что не может внятно ничего ответить, что если и возражает, то она не слышит, или не хочет слышать, что развернуться и пойти в другую сторону он не может, хотя идти туда ему совсем не хочется. Но с другой стороны, человек беспокоится, чувствует себя виноватым и хочет помочь. И вот в такой ситуации развернуться и сказать: «мне пора» - это же попросту неприлично! Тут его осенила мысль, что раз в самой оптике непосредственно нужных очков не окажется, то, скорее всего, на том все и закончится: право, не будет же она оформлять заказ, если Минами скажет, что ехать ему сюда еще раз неудобно. Денег предложить она не решится, тем более не зная, сколько стоит вещь. А может, платить она и не собирается – доведет его до оптики, чтобы он, калечный, не заблудился, сбагрит на руки консультанту. Минами только и останется, что приличия ради постоять там минут десять и уйти. Выглядит он, конечно, бог знает как, но когда он вообще выглядел лучше? Вполне на этом успокоившись, он вдруг понял, что пропустил мимо ушей какую-то реплику, возможно даже вопрос.
Он поднял глаза на леди (про себя он почему-то уже решил, что это именно леди), настойчиво ведущую её к оптике и спросил: «Вы что-то сказали?»
Внутренний фон Нейман едко заметил: «Теперь она решит, что вы еще и глухой, сударь,» - «Ну да, и разговариваю с воображаемыми личностями,»- добавил Минами уже от себя.

+1

6

Когда на её предложение бета сначала растерянно моргнул, а потом неуверенно пробормотал что-то вроде «это ни к чему» или «не стоит себя так утруждать», Патриция мягко, но уверенно взяла его под руку с той стороны, где стекла на очках не было. Так он её не будет видеть, но услышит – а голос был самым главным её оружием.
- Мне не сложно, - мягко заверила она мужчину, не сильно, впрочем, сопротивлявшегося. За каким же поворотом она видела этот дурацкий салон?
Шли они недолго, но за это время Патриция, по легкой нервозности и паре робких попыток остановиться поняла, что в мужчине борются джентльмен с прагматиком, и кто из этой борьбы выйдет победителем, пока неизвестно. Она слегка усмехнулась этой мысли, но сдаваться не собиралась – ещё не хватало ей потом чувствовать себя виноватой, вспоминая случившееся!
Мужчина в какой-то момент покорно пошел рядом, и у неё возникло стойкое ощущение, что она ведёт девственника на алтарь жертвоприношений… Боги, она и не знала, что такие робкие мужчины всё ещё существуют! Какая прелесть! Ей даже стало немного смешно, но выходить за рамки приличий она не собиралась:  бете должно быть очень неловко сейчас, а потому её задача максимально смягчить эту неловкость. «Если женщина чего-то хочет, лучше ей это дать, иначе она возьмёт сама». Патриция добавила в голос мягкости и всю короткую дорогу рассказывала о том, что ходить по торговым центрам в праздники – сущая мука, но с другой стороны, нельзя оставаться без подарка в праздники, ведь правда?
Когда прозвучало «Вы что-то сказали?», Патриция поняла, что все усилия пошли прахом. Ах, даже так. Ладно, пойдём другим путём.
Она развернулась и встала к бете лицом к лицу, давая возможность себя разглядеть в единственное стекло, потом мягко улыбнулась.
- Я спросила, как вас зовут. Меня – Патриция, - снова улыбнулась она, и, снова  взяв его под руку, но уже со стороны сохранившегося стекла очков, увлекла мужчину внутрь салона. – Мы пришли. Я надеюсь, вы сможете принять от меня этот подарок? Праздник же. –  И, мило улыбнувшись, ловко сняла с беты покореженную оправу, благо это было не слишком сложно –  роста они были примерно одинакового. И не сильно волнуясь о том, что бета без своих очков беспомощен. - Будьте добры, мне нужны вот такие, - протягивая очки, обратилась она к продавцу-консультанту не допускающим возражения тоном.

+1

7

- Я спросила как вас зовут, - мило откликнулась леди, - меня зовут Патриция, - и, не дав ответить, добавила, - Мы пришли. Я надеюсь, вы сможете принять от меня этот подарок? Праздник же.
- Минами Араи,- ответил Минами с запозданием и подозрением, что информация эта никого особенно не интересует. Патриция, особенно не церемонясь, сняла падшие в неравном бою очки с носа Минами и протянула продавцу:
- Будьте добры, мне нужны вот такие, - после чего продавец уставился на неё ошарашенно. Замешательство этого человека Минами хоть и не видел, но вполне красочно мог представить, как продавец ошарашенно пытается определить марку и свойства линз, которые впервые видит. Стало совершенно ясно, что она совершенно не имеет понятия о том, как покупают очки. Мысленный фон Нейман, уже совершенно вылезший из глубин его подсознания недовольно отметил: «Никаких манер! Неужели нельзя уяснить, что всякие действия рядом с чужим лицом – страшнейшее нарушение личного пространства!» Оставалось радоваться, что чтение мыслей не является обывательской способностью. По правде говоря, Минами продолжал испытывать чувство неловкости за то, что отвлек от занятий женщину, которую верно ждет муж, а может даже ребенок, и, во всяком случае, найдутся дела поважнее, чем тащить незнакомого человека в оптику и тратить время и деньги непонятно на что. Еще он отметил, что какая-то его часть жалела, что на месте этой очаровательной женщины не оказался какой-нибудь альфа. Вот уж где он не стеснялся бы в выражениях, а жители Боттл-стрит, к слову все отличаются лексиконом иной раз обескураживающим. Каждому, кто стремится выглядеть и вести себя прилично, но при том обитающему в достаточно агрессивной среде, знакомо эту чувство острой потребности обматерить кого-нибудь на чем свет стоит, и, с чувством полного удовлетворения, скрыться в толпе.
Но затягивать паузу было уже неудобно – Патриция, судя по всему, твердо решила стоять на своем. Его последней надеждой было то, что в наличии очков не окажется (да-да, надеждой, потому что быть кому-то настолько обязанным и должным ему совершенно не хотелось) и он достал свое портмоне из внутреннего кармана пальто.
- У меня есть рецепт,- тихо сказал Минами и знаком попросил продавца вернуть очки. Среди вороха визиток всяких вузов и отдельных ученых-естественников, широко известных в узких кругах, он отыскал несколько белых листов, один из которых содержал нужную информацию. Мужчина, до этого особенно не понимавший, что происходит, увидел результаты  анализа (левый -8, правый -10,75), и то ли жалобно, то ли сочувственно посмотрел на Минами:
- Такие только на заказ…- и с сомнением посмотрев на Патрицию, добавил, - тут еще и цилиндры…
Решив, что в таком безвыходном положении можно даже попытаться помочь новой знакомой (ну и, перестать выглядеть полным социопатом) Минами сказал, что на последних вот этих очках разницы в линзах не было – они обе на -9, а без цилиндров в случае чего можно обойтись… Расчет был прост – во всех оптиках обычно в наличии есть уже готовые самые простые очки – без всяких заморочек с цилиндрами и обычно от плюс до минус пяти со стандартным шагом в 0,5, и то, одних не оказывалось, другие не подходили по размеру, в общем – зайти и купить – не его случай. Но продавец стал подозрительно приободряться после услышанного.
- Если вас устроит не стекло, а пластик…- понеслась душа в рай, сейчас начнется песня о том, что пластик легче и лучше, не такой хрупкий и стоит всего-то в полтора раза дороже, если со всеми супер-напылениями, которые вам ну, конечно же, просто необходимы. Но тут он озвучил более бронебойный аргумент: такие линзы есть в наличии. Фон Нейман, будто только того и ждавший, тут же сказал: «Бери, это же половина твоей зарплаты! Да к тому же отказывать женщине…ай-яй-яй! И даже если она опомнится, взять с тебя все равно нечего, кроме анализов».
Минами осторожно взглянул на Патрицию, она явно рано радовалась, потому что была совершенно не в курсе того, что уметь проблемы со зрением – это ко всему очень дорогое удовольствие. Собственно, наказывать он её вовсе не собирался, (хотя какую-то его часть и подмывало отбыть этот номер до конца и посмотреть, как изменится в лице эта милая женщина, когда увидит чек), а потому сразу спросил, во сколько ему обойдется этот пластик. Продавец начал было говорить, что сначала стоит выбрать оправу.
- Без оправы, сколько будут стоить сами линзы? – с нажимом спросил Минами. Продавец с неохотой озвучил цифру. Ну что ж, этого должно было быть достаточно, чтобы отрезвить даже самую альтруистическую личность.

+1

8

Всё шло неплохо до того момента, пока они не вошли в салон. Патриция была уверена, что скоро проблема решится, инцидент будет исчерпан и возможно на этом неприятности этого и без того странного дня завершатся. Но не тут-то было.
Недоумевающий взгляд продавца, тихий голос беты и поиск рецепта Патрицию немного отрезвили. Нет, не заставили передумать, а именно остановили – быть бесцеремонной для достижения быстрого результата она умела, особенно когда ей это позволяют. Что поделать, руководящая должность обязывала, но если до этого момента она торопилась, то глядя, с каким трудом бета пытается разглядеть нужную ему бумажку,  почувствовала что-то вроде укола совести – то, что она привыкла не обращать внимания на сопротивление на своем пути, вовсе не означает, что можно быстро и легко разобраться с чужими проблемами. С проблемами этого конкретного человека.
- Такие только на заказ… тут еще и цилиндры…
Реакция продавца это ощущение только усилила. Нет, она не передумала настаивать на покупке, но... Минус девять?! Как этот человек живёт, когда у него такие проблемы со зрением? В очках, диоптриях и цилиндрах она совершенно не разбиралась, но у неё самой была легкая дальнозоркость в детстве, так что разницу между 0.5 и -9 она понимала. Примерно. Но вот зато точно знала, что многие, если не все проблемы со зрением решаются в клиниках и центрах, разумеется, за приличные кредиты, но решаются. А ещё существуют всякие государственные программы, квоты и прочее, для тех, кто об этом знает… Видимо, Минами Араи – да, она запомнила его имя, хотя сначала и подумала, что это не пригодится, –  был не из тех, кому такое по зубам. Хоть и расхаживал по не самому дешёвому торговому центру в поисках подарка. Хотя, если приглядеться, то и подарок ну о-очень недорогой, и одежда на нем…м, самая простая. Если не придираться и не называть вещи своими именами.
Да, она прекрасно поняла, зачем именно бета просит озвучить продавца цену. «Вы сейчас пожалеете о своем решении», - вот о чем говорил весь его вид. Вот только если она не разбиралась в покупке очков, то, по всей видимости, он не разбирался в людях. Решение возникших проблем она привыкла доводить до логического конца, а поиск подарка…«Пойди туда не знаю куда, принеси то, не знаю что» на самом-то деле. Если бы она точно знала, что хочет Малкольму купить, а так… Это подождёт.
После извиняющегося взгляда и поджатых губ продавца она только пожала плечами – у неё визитница дороже этих линз –  и достала золотую vip карту «Неополисбанка».
- А в чем проблема? В оправе? Принесите, пожалуйста, несколько вариантов на выбор.
Продавец, оценивший платежеспособность клиентов и почувствовавший возможную прибыль, радостно кинулся подбирать варианты. Патриция же задумчиво повернулась к бете. Деньги не проблема, проблема в другом. В том, что, как она поняла, даже с покупкой этих самых пластиковых-со-всеми-напылениями линз бета все равно останется без нужных ему очков. Что такое «не совсем подходит» она знала хорошо – когда целый год билась над поиском линии косметики для своих салонов. Сколько сил пришлось потратить:скольким поставщикам отказать, сколько перепробовать образцов, сколько договоров разорвать и заключить, чтобы подобрать именно ту косметику – шампуни, пенки, муссы, маски, скрабы, пудру, румяна, тушь и тд., –  ради качества которой клиенты раз за разом возвращаются именно к ней, в «Монэ».
- Минами, пожалуйста, объясните, правильно ли я поняла, что эти очки вам не совсем подходят и будут временной заменой?
Вот теперь, в ожидании ответа, она разглядывала мужчину внимательнее. Молодой. Лет двадцати пяти, двадцати семи, наверное. Не зажатый, как ей показалось сначала, а… Пожалуй, полностью закрытый в каком-то своем внутреннем мире. А вот глаза у него хорошие, подумалось ей, когда бета в очередной раз посмотрел на неё сквозь единственное стекло.

Отредактировано Patricia Ciesa (29 января, 2017г. 16:59:58)

+1

9

Да она что же, жалеет его? Когтистая рука вкрадчиво взялась за содержимое его горла и медленно потянула вниз. Из-за нахлынувших ощущений  говорить стало практически невозможно – голос не слушался. Почему-то вспомнилось, как он был свидетелем ДТП – девушка бросилась под машину. Нет, не из суицидальных побуждений, а в надежде на деньги за моральную компенсацию, на которые можно будет какое-то время жить, ну и, на медицинское обслуживание за счет страховки водителя. Таков его мир – мир, в котором не принято кого-либо жалеть. Потому что если к тебе испытываю жалость – значит не чувствуют за тобой силы. То, что он ощущал, никак не относилось к  уязвленной гордости, скорее он с ужасом обнаружил, что та часть его, которую он всеми силами старался вытравить из себя, вновь обретает силу, и он рискует в любую минуту оказаться в положении жертвы, заложником которого он так долго являлся.  И он – тот, чье появление в помещении заставляло присутствующих замолкать, тот, кто одним взглядом был способен довести даже самого непрошибаемого студента до истерики, тот, кому даже начальство не могло долго смотреть в глаза – вот так запросто оказался, по сути, в смехотворном положении: стоит, как нашкодивший щенок перед этой женщиной и не может унять дрожь. Конечно, психосоматика ни к черту. Хорошо еще, что миновали те времена, когда любой внезапный стресс отзывался немедленно срабатывающим рвотным рефлексом, а в обществе незнакомых людей ему было физически плохо. Неспособный бороться с собой, он опустил взгляд и сделал несколько глубоких вдохов. «Соберись. Если такая сущая мелочь способна выбить тебя из колеи, что уж говорить об остальном. Успокойся, ведь на тебя никто не нападает. Ведь она, наоборот, хочет помочь, так?» - короткий аутотренинг будто бы возымел нужный эффект.  Минами улыбнулся – лицевые мышцы, не привыкшие к такому положению, норовили вернуть обычное выражение лица.
- Я… вообще говоря, Вам совершенно не стоило волноваться, - с недовольством Минами отметил, что голос его звучит значительно тише и глуше, чем ему хотелось бы, - у меня дома есть очки. Что же касается новых… Вас, наверное, напугало слово цилиндры? – как ипохондрик со стажем, он уже чувствовал, что впадает в искушение просветить по поводу всех подробностей человека, которому это не нужно и неинтересно, - это угол, под которым установлена линза в оправе, - «все, достаточно этой информации»- сказал он сам себе. Но, для того, чтобы успокоить Патрицию добавил, - я мог бы отдать готовые очки в свою оптику, для того чтобы там переставили линзы так, как надо. Это несложно, просто, действительно, может быть долго. Если, конечно, Вы все еще намерены совершить эту покупку… потому что необходимости в этом нет.
Ему вдруг подумалось, что неприятные ощущения кроме прочего вызывает  то, что один глаз видит нормально, а другой лишен этой возможности, а  неодинаковое изображение для мозга это сигнал, что что-то не в порядке. Он снял очки, и, хотя особенных изменений не почувствовал, во всяком случае, выглядеть стал приличнее. «Ведешь себя как мальчишка, ей-богу,- фыркнул фон Нейман и расстроенно блеснул лысиной, - даже если бы ты задался определенной целью (хотя, куда тебе, аутист несчастный) шансы твои равнялись бы примерно шансам лишаястого ободранного кота. Джентльмен… уж додумайся хотя бы пригласить её на кофе!» Идея показалась Минами совсем неплохой. Оплаченный в кафе счет мог хотя бы номинально зачесться ему в качестве уплаты морального долга. Если, конечно, она не спешит.

+1

10

В какой-то момент Патриция подумала, что мужчине плохо –  некоторое время бета молчал, явно собираясь с силами. Она уже хотела спросить, как он себя чувствует –  может он болен, нужна помощь? Но тут Араи заговорил, вызвав смешанные чувства: облегчения и непонимания. Что не так?
- … вообще говоря, Вам совершенно не стоило волноваться… у меня дома есть очки. Что же касается новых… Вас, наверное, напугало слово цилиндры? это угол, под которым установлена линза в оправе…

Говорил он тихо, делая над собой явное усилие и изо всех сил стараясь быть вежливым, и до Патриции, наконец, дошло, что ему как минимум не нравится происходящее. И он слишком воспитан, чтобы высказать ей всё что думает про неё и создавшуюся ситуацию, развернуться и уйти. Ох, что же ей с этим делать? Серьёзно, нельзя же оставлять всё как есть.
- Да, пожалуй, что напугало, - мягко улыбнувшись, согласилась Патриция со словами о цилиндрах. - Я ведь ничего в этом не понимаю. Я… хотела вам предложить купить эти очки и, может быть, если вы согласитесь, вдобавок заказать нужные, но… Я вас обидела? Простите…Какая глупая ситуация, вам не кажется? – Она сделала шаг к бете. Ей как-то нужно объяснить этому мужчине, старательно пытающемуся не уронить достоинство, что она не хотела, не хочет и не собирается его унижать. - До дома вам еще нужно  доехать, а отдать очки в оптику – опять же время. Поймите меня, пожалуйста… Это очень странно, неловко, но… Позвольте мне всё-таки купить очки? И если Вам неприятно получать подарок от незнакомого человека, может быть, начнем сначала и познакомимся поближе.? Меня зовут Патриция Чиеза.  А Вас?
Она, чтобы развеять грозовые тучи, повисшие в небольшом салоне, шутливо улыбнулась и протянула руку, а потом спохватилась, что он всё равно не видит, потому что снял очки. Неудобно, или всё же хочет выглядеть перед ней симпатичней? Или он предпочитает не видеть вообще ничего, чем смотреть на неё?
Продавец тактично молчал, делая вид, что его здесь вообще нет и у него есть дела, ожидая пока они договорят, разложив на небольшом столике оправы. Надо будет потом поблагодарить его.

+1

11

«Руки у него трясутся! Алкоголик несчастный! Достал уже со своими приступами, ты людей пугаешь!» - мысленная оплеуха долетела до Минами и он уже совершенно пришел в норму. В конечном счете, ведь будь на её месте какая-нибудь девчонка вроде студенток приходящих на занятия, стал бы он сильно переживать из-за чьей-то чрезмерной активности или предложенной помощи? Боже, он просто отвык от такого неформального общения, в конце концов, опекать всех, кто попадает под раздачу – это типично женское поведение. Сработал какой-то подсознательный якорь и вверг его в состояние, которое связанно с похожей ситуацией, но только и всего. Он еще покопается и найдет, что за впечатление всплыло в его подсознании, но теперь он и вправду чувствовал себя глупо. Он заставил её вначале волноваться, а теперь еще и оправдываться, хотя Патриция была виновата в произошедшем меньше всего.
-Я… - «Псих!»-выкрикнул фон Нейман, - Минами Араи… преподаватель,- зачем-то добавил он после заминки, отметив про себя, что это, пожалуй, и лишнее.
-Извините, я вовсе и не имел ничего такого в виду. Просто голова закружилась из-за ассиметричной рефракции, только и всего. Мне сложно собраться с мыслями, но сейчас уже все в порядке… На самом деле я привык к немного иной реакции на подобные вещи… когда ждешь, что тебя обругают или просто уйдут, такое радикальное предложение помощи может… дезориентировать.
«Логос всемогущий, ну что за чушь я несу!»- Минами чувствовал, что мог бы сказать и лучше и проще… Если дать ему минут сорок подумать и изложить все в письменно виде.
- На то, чтобы вправить  в оправу нужные линзы понадобится немного времени… Если Вы позволите, я хотел бы пригласить Вас на чашку кофе.
Озвучив это предложение, он почувствовал себя увереннее. Он вгляделся в её лицо (точнее то место, где оно должно быть), но естественно не смог увидеть выражения. Про себя он подумал, что, скорее всего, она улыбается, пусть и снисходительно. Патриция… где-то он уже встречал это имя. Не то чтобы он надеялся, что знает откуда-то именно её. Но он был уверен, что знает, по крайней мере, одну Патрицию. Это не было особенно важно, но Минами по опыту мог сказать, что людям с  одинаковыми именами присущи какие-то общие черты характера. Возможно, это как-то связано с восприятием самого себя, или даже с ярлыками, которые присваивает социум.  Но так или иначе ни одной Кристине, которую он встречал, нельзя было доверять, все Розы, которых он знал, были без ума от детей. А что же с Патрицией? Правда, сейчас ему стоило озадачиться иным вопросом. Нужно было выбрать оправу. Пришлось вернуть сломанные очки на место. Все что касается выбора одежды и тому подобного он не любил, но дело облегчало то, среди предложенных вариантов только одна оправа была из серебристого металла. В сущности, она была почти такой же, как и у сломанных очков. Минами с облегчением подумал о том, что скоро они покинут этот салон оптики в котором, почему-то, происходящее выглядело особенно несуразно.

+1

12

- Я…Минами Араи… преподаватель
-Очень приятно, -  кивнула и улыбнулась Патриция. Он её шутливое предложение подхватил, значит всё не так уж плохо. Теперь, по крайней мере, он выглядел получше, не так, что готов упасть в обморок или кого-нибудь убить. Надо же, такой молодой преподаватель? Впрочем, скорее да, чем нет.
Ей может быть и стоило бы сказать кто она, но…  В интернете было достаточно роликов с записями концертов из «Эвольвенты», да и новости пестрят о скором выходе компакт диска в её исполнении. И всё это в преддверии большого концерта на день святой Валентины в феврале, так что… если бете ничего не сказало её имя, то и смысла нет.
Дальнейших слегка сбивчивых объяснений мужчины хватило, чтобы понять – он пытается таким образом её успокоить и извиниться. Какой неловкий, снова чуть улыбнулась Патриция. Нет, всё же в его застенчивости и отсутствии опыта общения с женщинами она не ошиблась. И как только она подумала об этом, как прозвучало предложение выпить кофе. Его взгляд блуждал где-то рядом с её лицом, и Минами выглядел немного… беззащитным?..
- С удовольствием, Минами, спасибо за приглашение, – мягко произнесла Патриция. В конце концов, он, наверное, до сих пор чувствует себя обязанным, а от нее от чашки кофе не убудет. К тому же, она сама предложила познакомится поближе. – Выбирайте, я подожду. Уверены, что не стоит заказать вторые очки?
Оправу он выбрал самую простую, – ну кто бы сомневался! – похожую на ту, что Патриция раздавила. «Ко всему прочему, ещё и консерватор», - не без доли веселья подумалось ей.
- Где вы преподаёте? - спросила она, чтобы занять время, пока вставят линзы в оправу.
Когда он глянул на неё уже в готовых очках, ободряюще кивнула и улыбнулась:
- Вам идёт. Хотя без очков вы очень милый, вам это говорили? – и повернулась расплатиться. Продавец принял карту и электронную подпись, а возвратив, протянул записную книжку и ручку:
- Синьора Чиеза, можно автограф?
На секунду она растерялась, а потом, негромко рассмеявшись, ответила:
- Конечно. Кому подписать? – Вот она, одна из неприятных сторон известности. Хотя, с какой стороны посмотреть: продавец узнал её, но до времени молчал. Приятно иметь таких понимающих и скромных поклонников. – Вот уж не угадаешь, где встретишь настоящих любителей джаза, - улыбнулась она продавцу после его ответа, и подписала: «Марку, с благодарностью. Патриция Чиеза». – С наступающим праздником, Марк. И благодарю вас за помощь.
- Я готова, - развернулась она к Минами. – Вы позволите? - и, подойдя, аккуратно, но решительно взяла бету под руку. – Уже знаете, куда мы пойдём? – спросила, выходя из салона. Настроение потихоньку выравнивалось, и это было приятно.

+1

13

Она приняла предложение. Это хороший знак. И вежливо подождала, пока Минами закончил с выбором оправы и переговорил с продавцом. Пока она расплачивалась, голове Минами возникло и погасло полтора десятка разных мыслей. Обретаться в нескольких параллельных мирах стало для него уже привычкой, и далеко не всегда реальный мир был приоритетным. Но сколько он ни ворошил память – ничего о Патриции. Только в какой-то момент он с грустью подумал, что та Патриция наверняка уже давно мертва.  Разговор прогнал наваждение.
- Нет, не стоит, спасибо…- рассеянно ответил он.
- Где вы преподаёте?
- В Лондонском университете, - обычно и учащиеся и преподаватели пропускали слово «классический», так, будто когда вы встречаете сочетание слов «Лондонский» и «университет», очевидно нет никаких сомнений, о каком заведении идет речь.
- Вам идёт. Хотя без очков вы очень милый, вам это говорили?- комплимент заставил Минами улыбнуться.
- Нет, не говорили, - он усмехнулся, - вообще нужно постараться, чтобы увидеть меня без очков.
Запоздало он подумал, что эта реплика вполне могла её обидеть. После этой фразы грозило воцариться молчание, но продавец неожиданно обратился к его новой знакомой:
- Синьора Чиеза, можно автограф?
Минами был удивлен. А еще больше смущен. Собственно, чего можно было ожидать? Будь она идолом мирового масштаба, он и то вряд ли бы узнал её. Он относился к тем, кого пренебрежительно принято называть «землефагами» - слушал в основном восстановленные записи земной музыки, читал земные книги. В них, вообще говоря, гораздо больше такта. А если и выбирался на «концерт», то концерт этот давал в местном баре пианист в дуэте с хорошей порцией портвейна. Вопреки стереотипу о том, что звезд раздражает их звездность, во всяком случае, в повседневной жизни, Патриция рассмеялась и то, что её узнали, её даже порадовало. «Может быть, она только начинает карьеру? Поэтому рада, что её узнали… Хорошая музыка?  Хм.. может быть она оперная певица или менестрель?»
- Я готова, - закончив разговор с продавцом, она развернулась Минами,– Вы позволите? Уже знаете, куда мы пойдём? – она мягко взяла его под руку. А действительно, куда? Кажется, на верхнем этаже есть кафе с названием из комбинации слов «кофе» и «шоколад», которые он никогда не запоминал.
-Пойдемте наверх…- Минами повел новую знакомую к эскалатору, хотя… кто кого ведет все еще оставалось вопросом, – Так вы занимаетесь музыкой?

+1

14

Лондонский университет? Значит, он из Лондона. Что ж, это много объясняет. В том числе, и его консерватизм,  улыбнулась Патриция. Для неё Лондон прочно ассоциировался со словом «бедность», несмотря на все достопримечательности, в кои входили понятие классики и прочих ценностей, присущих воспоминаниям о земном Туманном Альбионе.  Разговор об университете она решила отложить для кафе – вот где можно будет расспросить подробнее.

От второй пары очков бета отказался.  Не хочет пользоваться открывшейся возможностью? Зря конечно, ей совсем не трудно. Хотя с другой стороны, его непрактичность говорила в его пользу: не перевелись ещё джентльмены. И хотя Патриция не была уверена в этом на сто процентов, но всё же статус «преподаватель»  предполагал определённые доходы. Как и степень интеллекта. Но доходы – тема неприличная, а значит не стоит его ставить в еще более неловкое положение и настаивать на покупке. Хотя вот о возможной операции на зрение стоит его спросить. Неужели это настолько невозможно?

И только она подумала, что Минами хоть и последователен, но  слишком погружен в себя, и от этого создается ощущение диссонанса, как будто он постоянно выпадает из реальности или находится не здесь, как тот усмехнулся на её комплимент. И снова задумался. Или замкнулся. Странный он все же. Словно из другого мира.

Значит мне выпала редкая удача! –  засмеялась Патриция и повернулась к продавцу, попросившему автограф.

-Пойдемте наверх…
- Хорошо, пойдемте,  - согласилась она.

Взяв Минами под руку, она подумала, что всё-таки он странный. Очень необычный. Будь этот преподаватель чуть менее погружен в себя, был бы чрезвычайно интересен. Возможно, пришла в голову мысль, это потому, что внутри него слишком много всего, слишком  большой мир, который даже в него самого не помещается? И он настолько им занят, что жизнь снаружи его задевает только вскользь и невзначай? Отсюда и полное равнодушие к комфорту и абсолютное отсутствие интереса к праздникам? Неужели так оно и есть? Но он же преподаёт студентам? А преподаватели любого университета, на её взгляд,  просто обязаны быть очень умными и  всестороннее развитыми. Значит, не настолько Минами оторван от этого мира? Интересно, а вопрос про то, чем она занимается, он задал из вежливости?

- Отчасти, - улыбнулась Патриция и, пристроившись к шагу мужчины, повернувшему в сторону эскалаторов. Она охотнее поднялась бы на лифте, но на эскалаторе удобнее разговаривать вдвоем. И, кажется, всевозможные кафе здесь были этажом выше, значит им совсем близко. – Я пою джаз. Земные версии песен Эллы Фитцжеральд, Билли Холидей, Джули Лондон, Сары Вон… Слышали о них?
Было бы интересно, если бы он что-то об этом знал, но она не удивится, если нет.

+1

15

Они поднимались по эскалатору. Пара неизвестных ему фамилий… ну как, он знал другого Фитцжеральда, и хотя тот возможно имел вкус к хорошему джазу, но предпочитал писать прозу. Сара Вон? Что-то знакомое, но крайне смутно. Наивно было бы полагать, что совершенно незнакомая женщина любит ту же музыку, что и он. Вероятность данного события настолько мала, что можно смело называть её стремящейся к нулю. Не сказать, что его вкусы находились где-то на заоблачной высоте, просто Араи интересовался музыкой совершенно не востребованной.
- Признаюсь, в свое время я потратил немало часов на изучение музыки… - Минами улыбнулся девушке, - в детстве у меня  было не так много возможности, чтобы прикоснуться к прекрасному. В студенческие годы я старался залатать этот пробел, даже ходил в консерваторию вольнослушателем… не официально, конечно, за это пришлось бы платить, но я слушал лекции по теории музыки, земному художественному искусству, и множество других курсов. К сожалению, у меня совершенно нет слуха… конечно, это тренируемый навык – музыкальный слух, но боюсь, я достиг своего потолка и он не так высок, чтобы понять всю прелесть джаза. Хотя, у меня была теория, что все дело в том, что  слушал записи, а суть джаза в импровизации…
Он пожал плечами…  Слишком витиевато и попахивает бравадой. Что делать, это  - правда, но она-то наверняка воспримет все как отговорки и нежелание показаться необразованным. Не стоит воспринимать то слишком близко… они просто два случайных человека, ничем друг другу не обязанных. Он всегда испытывал чувство неловкости, если понимал, что не смыслит в какой-то теме, когда от него ждут обратного. Желание избежать этого чувства заставляло его штудировать учебники физики, продираться через дебри Гегеля… даже ходить в консерваторию, а после по много раз перечитывать лекции, пытаясь вникнуть в смысл. Объять необъятное невозможно. Можно наизусть знать построение всех септаккордов в тональности, но все равно не чувствовать и не понимать элементарного. Или просто не слушать. И все же не так просто научиться признавать свою некомпетентность в чем-либо.
Найти кафе оказалось несложно. Приятный запах выпечки плыл по залу и разносился за его пределы. Он предоставил Патриции выбрать столик и предложил помочь снять пальто: в кафе было очень тепло, даже несколько душно. После снял пальто сам и с извинениями оставил её наедине с меню на пару минут. В уборной он тщательно несколько раз вымыл руки и критически осмотрел себя в зеркало. Он поехал сюда сразу после работы, а значит,  дома последний раз был в шесть утра. Пиджак немного помялся под тяжелым пальто, а на черной ткани виднелись волокна от шерстяного шарфа. Он поправил галстук и смахнул то, что можно было очистить рукой. Неидеально, да и то, что творилось на голове, оставляло желать лучшего. Неудивительно, что она пожалела его. Он простоял перед зеркалом больше необходимого, рассматривая в задумчивости свои руки. «Почему я не распрощался с ней при первой возможности? Неужели я хочу с ней поговорить?.. Почему? Почему я стал нуждаться в чьем-то обществе? Признак ли это исцеления или же час затишья перед бурей? И где же я слышал это имя раньше?» Какой-то нескладный мужчина вышел из кабинки и неловко улыбнулся Минами. Тот, никак не прореагировав, вышел из комнаты и направился к столику. «К черту все… Я хочу закурить и кофе… и перестать копаться в этом болоте.»

+1

16

Патриция внимательно слушала, иногда кивала и скользила взглядом по лицу преподавателя. Так молод, но кажется, что старше её лет на сто… У него, не было возможности в детстве слушать музыку? «Прекрасное» – слишком обширное понятие, но видимо детство у него было сложное, раз в этих словах, как ей показалось, проскользнуло сожаление.
- О, мои родители джаз прекрасным не считали, - улыбнулась она, - Более того, постоянно напоминали, что это музыка «рабов с плантаций», да еще и «малосодержательна» и «просто неприлична».

Дальше Минами говорил про музыку и консерваторию, вольное слушание, и Патриция понимала, что они выросли в совершенно разных мирах. За умными и пространными объяснениями стоял пытливый и деятельный ум, желающий объять необъятное.
- Вы так любили учиться? На меня одна только «Музыкальная литература» наводила скуку, не говоря уже об остальном, - отметила вскользь, давая ему договорить. – Неудивительно, что стали преподавателем,  - чуть улыбнулась и с удивлением спросила, когда он закончил: - Вы никогда не слушали джаз в живом исполнении? Ни разу в жизни?  - Ну надо же! Она уже и забыла, что существуют такие люди! Но да, почему бы и нет? Далеко не у всех джаз вызывает интерес, да и среди тех, у кого вызывает, настоящих любителей единицы. Не говоря уже о том, что далеко не все могут себе позволить послушать живую музыку. – Кажется, я знаю, как эту оплошность можно исправить, если Вы того пожелаете, - снова улыбнулась  она.

Но договорить или продолжить не получилось. До кафе они действительно дошли быстро: первое, ближайшее, с уютными витринами, вкусными запахами выпечки и с претензией на старую Францию, с названием «Прованс», обнаружилось в десяти метрах от эскалатора. А потому разговор прервался и переключился на поиск места, обустройства и разговора с вежливым официантом.
Минами помог ей снять пальто и отлучился, оставив её за столиком размышлять над заказом. Он явно и чувствовал, и вел себя неловко, но очень старался быть предупредительным. «И все же он милый», - подумалось ей, хотя самому Минами такое определение вряд ли понравилось бы.

Она заказала себе латте и тирамису и предупредила официанта, чтобы он подошёл, когда бета вернётся. Окинула взглядом кафе, полное смеющихся и торопливых, уходящих и приходящих посетителей – им с Минами повезло, что столик на двоих, стоящий прямо рядом с огромным, от пола до потолка, со вкусом украшенной окном-витриной, освободился прямо перед их носом.
Пока Минами отсутствовал, Патриция подумала о том, что их столкновение, разрешившееся вполне мирно, помогло ей не сделать торопливого и поспешного выбора с подарком Малкольму. Кажется, к тому моменту она уже дошла до состояния, когда покупаешь первое попавшееся. Так что ей стоит бету даже поблагодарить. Не конец же света, не заканчивается все на завтрашнем празднике? Тогда и незачем так спешить. Сейчас она отдохнет, расслабится и поговорит, глядишь, и решение найдётся.
Бета вернулся с таким решительным выражением лица, что на секунду ей показалось, что его подменили. Что-то произошло или он принял какое-то решение? Когда он, сев, вежливо улыбнулся на её вопрошающий взгляд и взял меню, Патриция улыбнулась. Что ж, разговор у них не ладился с самого начала, надо эту оплошность исправить. В конце концов, теперь она знает об этом человеке достаточно, чтобы считать себя с ним знакомым и даже чуточку больше. Возможно, они найдут хоть какие-то точки соприкосновения, и вечер можно будет считать вполне удавшимся.
- Что же вы преподаете и как давно? – спросила она и протянула Минами свое меню. – Наверное, много читали и потому посадили зрение?

+1

17

Хоть и промолчал, Минами не пропустил мимо ушей предложение «исправить оплошность» и послушать живую музыку. Слишком живо цепляться за эти слова было бы неприлично, поэтому он предоставил леди самой подумать и решить, стоит ли предлагать сходить куда-либо с ним. В противном случае это было все равно, что напроситься.
Он окинул взглядом меню. Когда-то давно он читал, что мозг делает выбор почти мгновенно, но человеку необходимо около десяти секунд, чтобы осознать «спонтанное решение». Он спокойно рассматривал иллюстрации десертов,  зная, что вернется к первой странице и закажет то, что первое зацепило его взгляд. Девять… десять… и решение уже есть – можно подозвать официанта жестом.
- Что же вы преподаете и как давно?
- Теорию вероятности и начала математического анализа,- Минами улыбнулся, - а преподаю… кажется, что всю жизнь. На самом деле я пошел в аспирантуру сразу после окончания вуза, так что я действительно находился в нем чуть ли не пол жизни, сначала как студент, потом преподаватель…
-Наверное, много читали и потому посадили зрение?
«Как же она все таки старается поддержать разговор… Но вот интересно ли ей все это? Хм… навряд ли».
- Вообще у меня с рождения астигматизм… Но с годами все, конечно, усугубилось. Ну… меня это не очень напрягает.
Подошел официант. Минами заказал кофе по-турецки и десерт, название которого он увидел впервые. С десертом сложно прогадать, так пусть это будет что-то новенькое.
- А Вы? Любите читать?
Откинулся в удобном кресле и, достав из кармана пиджака пачку Lilac, показал её Патриции.
- Предлагать, конечно, я постесняюсь… но Вы не против?..

+2

18

Если её и удивило отсутствие реакции на свое весьма вежливое предложение, то Патриция виду не подала, благо, они зашли в кафе. Минами не отреагировал, значит, тема либо неприятна, либо она слишком спешит. Либо он снова слишком сильно задумался и не услышал её? В любом случае, продолжать она не стала. И разговор за столиком перешёл в другое русло.

-Теорию вероятности и начала математического анализа…

… начал отвечать бета, и Патриция качнула головой – конечно, как она не догадалась? Больше всего он похож именно на преподавателя математики. Но посвятить ей жизнь? Для Патриции это было что-то запредельное.

- Наверное, хорошо, когда сделал свой выбор и знаешь, кем станешь, - кивнула она в ответ, когда Минами договорил. – Я до университета так и не дошла, не сложилось. – Она улыбнулась. Полжизни? Из уст совсем молодого человека, пусть и преподавателя известного Лондонского Университета, звучало несколько забавно. – Вы выглядите очень молодо, сколько Вам лет, если не секрет?

- Вообще у меня с рождения астигматизм… Но с годами все, конечно, усугубилось. Ну… меня это не очень напрягает

- И вам не пробовали сделать операцию в детстве? Или уже во взрослом возрасте? Вообще можно что-то с этим сделать? - если её и удивил ответ, то реагировать она постаралась спокойно.
Его не напрягает? Удивительно. Неужели это единственный случай, когда его очки разбились в самом неподходящем месте, оставив практически слепым? Она ведь прекрасно понимала, что далеко не каждый на её месте смог бы помочь, купив редкие линзы. Им ещё повезло, что в этой оптике оказались подходящие. Её теория о том, что он слишком занят своим внутренним миром все больше подтверждалась. С другой стороны, человек, при отсутствии удобств, может привыкнуть к чему угодно. Патриция вспомнила, как у них с матерью выдались очень тяжелые полгода, и она проходила в одних единственных жмущих ногу кроссовках всю зиму и весну. По началу было стыдно и неудобно, а под конец воспринималось настолько естественно, что было странно их поменять на новые туфли. Все-таки человек – действительно странное существо, привыкнуть может к чему угодно.

Минами подозвал официанта и заказал десерт, в разговоре наступила вынужденная пауза. Ей показалось, что он не хочет говорить на эту тему, что она ему неприятна. Что ж, у каждого в шкафу свои скелеты, возможно, она нечаянно наступила на больную мозоль?

- А Вы? Любите читать?

Вопрос прозвучал для неё настолько холодно и отстранённо, что Патриция только убедилась – предыдущую тему продолжать не стоит.

- Вы так это спросили, что теперь я точно знаю, что студенты на экзаменах Вас боятся, - очаровательно улыбнулась она, пытаясь шуткой сгладить неприятное впечатление. Все же, какой сложный человек.  – Читать?... – Патриция задумалась. - Курите, конечно, я не против, - кивнула она на вопрос и завуалированное предложение. – Я курю только в больших перерывах между концертами, а сейчас у меня частые выступления. – Она вспомнила о прерванном разговоре у эскалатора. И подумала, что, возможно, зря упомянула снова про выступление? Ведь ничего толком про свое отношение к джазу он так и не высказал. - Люблю ли я читать...

Что же именно ему ответить? О том, как мать заставляла ее в пятнадцать штудировать Шопенгауэра, Платона, Аристотеля, Эзопа? О том, что фамилии Брэдбери, Хаггард, Достоевский, Чехов, Толстой до сих пор вызывают у неё стойкую дрожь и неприятие? О том, как она, скрипя зубами, едва осилила профессора К.С. Льюиса и на этом знакомство с земным богословием для нее закончилось? Похвастаться знаниями перед преподавателем университета очень хотелось, но делать этого явно не стоило. – Когда-то мне прочили поступать на культуролога и я очень много читала. Через силу. Наверное, потому сейчас меня можно застать исключительно за чтением бухгалтерских отчетов, коммерческих предложений и договоров, - засмеялась Патриция и, взяв кофе, откинулась в кресле. - Здесь вкусный кофе. Надо будет запомнить.

Отредактировано Patricia Ciesa (16 марта, 2017г. 16:48:44)

+1

19

- Вы так это спросили, что теперь я точно знаю, что студенты на экзаменах Вас боятся,- кокетливо и в то же время серьезно сказала она. «Вот ведь… надо следить за своей интонацией.» И пока она рассказывала о том, как собиралась поступать на культуролога, а теперь бросила «теоретическую сторону вопроса», Минами судорожно рассуждал о чем таком можно было бы спросить собеседницу. Две самые классические и нейтральные темы для разговора – музыка и книги - были вычеркнуты безжалостно. Никогда не замечали, что выбор темы для разговора походит на телевикторину? Кроме литературы и музыки есть архитектура и животные, погода – этакий старушачий вариант, машины – для мужской половины, для женской, соответственно, тоже ряд гендерно окрашенных тем.  Если достаточно знаешь человека, чтобы судить о том, что его интересует, в этот список включаться финансы, экология, политика. Правда, никогда – религия и личная жизнь. У Минами было, конечно, несколько «своих» тем… вот только промахнувшись с книгами идти в такие глубокие дебри как видеоигры и научные конференции не хотелось. Закурив, он пришел к выводу, что, очевидно, его социальных навыков недостаточно, чтобы вести интересную и непринужденную беседу с абсолютно незнакомым ему человеком, выходцем из совершенно иной среды.
-Здесь вкусный кофе. Надо будет запомнить.«Мда, и погода прекрасная, Вы не находите?» Вслух конечно он этого не сказал – уж слишком разила сарказмом от этой фразы. Только улыбнулся и взял свою чашку. «Будет неловко если молчание затянется… И куда подевались все те чертовы умники, когда они так нужны? Ну, давайте, подкиньте идей…» - «А тебе обязательно цитировать Толстого и давить интеллектом?»-«Что?»-«А вот и то…- Нейман снова появился из смутного бессознательно, - представь, что это интервью. Ты –интервьюер. Если есть какая-то точка соприкосновения, она выведет на неё сама… а если нет… что ж… ты хороший слушатель… я в тебя верю… не мешай, короче». Нет ну ты подумай, создаешь ты субличность, а она потом шлет тебя. Психоанализ стал не тот, что прежде. Минами улыбнулся. Кофе действительно хорош.
- Значит Вы занимаетесь бизнесом?

+1

20

В какой-то момент Патриция почувствовала, что разговаривает сама с собой – Араи игнорировал большинство ее вопросов, начиная с пожелания устроить возможность послушать джаз. И если сначала это воспринялось как простая заминка или неловкость, то к моменту, когда они сели пить кофе, у нее сложилось ощущение, что он не слышит её и хочет побыстрее отделаться и уйти. Теперь то, что ей удалось убедить этого мужчину дойти и купить новые очки вовсе не казалось чем-то необыкновенным; теперь создавалось ощущение, словно она сделала ему что-то неприятное. Хотя, может быть, ей просто показалось, и это - простая неловкость в общении с посторонними, которую она заметила до этого? Интересно, как же он тогда преподает? Впрочем, возможно, для его предмета введена электронная форма экзамена?.. Теперь Патриция и сама чувствовала себя неловко и странно. И зачем только она согласилась пойти в кафе? Но как только она об этом подумала, как Минами, словно только что очнувшись, спросил:

- Значит Вы занимаетесь бизнесом?

Иронию, перед этим мелькнувшую в его взгляде она заметила, но к чему она относилась, так и не поняла. К кофе? К её комментарию? И что это должно означать? Но вопрос, внезапно, был обращен прямо к ней, причем, к тому, что она рассказала про себя чуть раньше. Он что, действительно просто не слышит ее вопросов?

Патриция ответила не сразу, отпив кофе и поставив чашку на стол, не притронувшись к пирожному. Но он ведь услышал про документацию и то, что она читает сейчас и даже сделал свои выводы, значит, все-таки слышит. Избирательно, очень выборочно, но слышит. Она чуть дольше затянула паузу, раздумывая, что ответить. Болтушкой она была только, когда это требовалось для дела: раньше с потенциальными клиентами мужа, потом для становления собственного бизнеса, сейчас – иногда – для Малкольма. Информация, как известно, та же валюта. И порой эта валюта стоит дороже кредитов. В её мире точно. У нее и с капореджиме Коза Ностры раньше отношения складывались большей частью из того, что они обменивались информацией: она владела большим количеством нужной и могла вызнать то, чего не мог добыть капо. Задавать вопросы и слушать – это она умела лучше всего. Молчать – тоже.

Но сейчас перед ней сидел представитель профессии, которой положено задавать вопросы. И слушать ответы. Может именно в этом всё дело? Интересно, а он так же ведёт себя на экзаменах? Впрочем, опять же, возможная электронная форма предполагает полностью дистанцированное общение со всеми студентами. И тогда, многое, в общем-то, становится понятно: почти не общаясь со студентами или общаясь строго в рамках «студент-преподаватель» вполне можно остаться неготовым к общению. Но тут не сходилась одна деталь: возможно, у него есть какое-то общение помимо работы, и явно важное для него? Ведь он приехал аж в Римо-Париж, должно быть, чтобы выбрать что-то особенное. Всё неособенное можно купить в магазинчиках рядом с домом или интернете. Хотя, это только предположение.

- Да, бизнесом – у меня салоны красоты, - поразмышляв, что вреда от того минимума, что может уловить собеседник, точно не будет, Патриция мягко улыбнулась и откинулась на спинку стула. Если её ощущения всё-таки верны, значит, ему неинтересно и большую часть он не воспримет. - «Монэ». Они здесь, в Римо-Париже, у вас в Лондоне мы не открывались. А джаз просто хобби. Хотя последнее время хобби постепенно перерастает в нечто большее – записываю диск, готовлюсь к первому концерту. А Вы? Чем занимаетесь, кроме преподавания?

+1

21

Кажется, эта тактика частично сработала. Но он напал не на тот тип девушек, которые «молодая и преуспевающая, занимающаяся йогой и саморазвитием», способную рассказывать о своей жизни часами. С одной стороны – прекрасно: он терпеть не мог людей, готовых проповедовать свой образ жизни и хвастаться на каждом углу, с другой – осложняло же это дело… И ведь ему не так много можно рассказать о себе из того, не должно вызывать отторжения. Он усмехнулся:
- Ну вот, а Вы говорили, что не знали  чем заниматься по жизни. И хобби у Вас… творческое. А я вот – ленивый потребитель: читаю книги, самые разные, смотрю сериалы, слушаю музыку. Все это, конечно – искусство не самой высокой пробы. На что-то большее меня редко хватает, ведь в Лондонском упор не на преподавание: минимум раз в семестр нужно писать либо статью, либо автореферат, я к тому же пишу диссертацию. В общем, во всех научных конференциях  я если не участник, то сижу в комиссии. Не сказать что это хобби – очень скучное и трудоемкое занятие, но…- он пожал плечами. Что, собственно «но»? А, продолжать эту фразу не имеет смысла. Но. Вероятно, есть какая-то причина кроме того, что его заставляют. Это социально значимая деятельность. Там встречаются интересные люди. А вообще, человек имеет право поступать так или иначе без какой-то весомой причины. Он отпил кофе – действительно хороший кофе, почти как настоящий. А может и правда настоящий? Раньше он мог бы определить по запаху. И, подумав, добавил,- еще я увлекаюсь психологией. На практике, конечно, это сложно применимо, так что можете не бояться: гипнотизер и пикапер из меня так себе. Ну… опять же, мое увлечение сводится к прочтению книг, в основном по кризисной психологии, патопсихологии… 
Едкий дым сигареты поднимался завитками, и распадался в воздухе. Минами почувствовал напряжение – его собственное напряжение, которое теперь передалось Патриции. «Просто мы слишком разные. Поэтому не стоит особенно стараться: понравиться я ей не смогу. Так… оставить нейтральные впечатления.» Эта мысль даже не кольнула его. Да, он – часть серой массы. Да, конформист, который никогда не отклонялся от понятия «нормального», во всяком случае, по анкетным данным точно. Это не повод для гордости или стыда, это просто… нормально.

+1

22

- Ну вот, а Вы говорили, что не знали  чем заниматься по жизни…

Минами удивил ее, когда заговорил. Он снова как будто очнулся от сна или вынырнул с большой глубины и сейчас производил впечатление обычного человека, немного неловкого, но вполне адекватного.  У Патриции все острее складывалось ощущение, что Минами Араи существует как минимум двое. И хоть она не припомнила, что упоминала бы о своем незнании чем заняться по жизни, но все же он слушал и какие-то свои собственные выводы о ней он сделал, пусть и слегка далекие от того, что она рассказывала. Ну не раздвоение же личности у него, право? В принципе, каждый человек существует в своей реальности, пересекающейся с реальностью других в большей или меньшей степени. Поиск тех, с кем твоя реальность соприкасается больше, может занять всю жизнь. А есть такие, у кого внутренняя реальность совсем не соприкасается с другими, но это уже совсем клинические случаи, требующие вмешательства врачей. Минами Араи не был похож на такого. Скорее, напоминал человека, сознательно отгородившего себя от общества.

Он начал говорить о себе, и Патриция продолжила внимательно слушать. Книги, музыка, сериалы. Ей показалось, он извиняется перед ней за что-то, о чем она понятия не имеет, и сработало годами отточенное правило, что собеседнику должно быть комфортно с ней:
- Вы занимаетесь саморазвитием, это замечательно. В наш век электроники читать книги – редкость. Ну а без музыки мне, к примеру, вообще трудно представить свою жизнь, –  поспешила она его успокоить и снова мягко улыбнулась. – Мне странно представить, что кто-то считает потребность во вдохновении, которую дают музыка, книги и хорошие фильмы потребительством. Отчасти такое мнение имеет право на существование, но мне думается, лишь отчасти, ведь человеческая душа не терпит пустоты.

Дальше Минами говорил об университете. Она представления не имела, что работа преподавателя могла давать упор не на само преподавание, а на написание статей и прочего. Патриция кивала и слушала и пыталась представить себе жизнь, сидящего напротив неё человека, то замкнутого, то сдержано ироничного, держащего сигарету в узловатых пальцах. Представить было сложно, особенно учитывая довольно скудные описания и оборванные полуфразы. Почему-то, глядя на то, как Араи курит, ей подумалось, что он неплохо играл бы на пианино, и ей вспомнились руки Мэла с длинными пальцами, легко перебирающими черные и белые клавиши. Это заставило улыбнуться и сделало взгляд мягче, хотя Патриции на мгновение стало неловко, что ее внимание от собеседника ускользнуло.

-Не сказать что это хобби – очень скучное и трудоемкое занятие, но…

Пауза после этого «но» привлекла внимание.
- Но оно вам нравится, - заключила Патриция за Минами, решив, что он не обидится на ее поспешный вывод и поправит, если она не права. – Иначе вы бы не стали этим заниматься.

Было похоже, что ему проще наблюдать за людьми со стороны, чем общаться – эти его слова лишь подтверждали все то, о чем ей думалось, глядя на него. Что ж, такие люди ей нечасто, но встречались. С большинством из них было крайне сложно, особенно если встречи были деловыми, но здесь и сейчас от нее не требовалось ничего, кроме умения выслушать. Патриция надеялась, что этого окажется вполне достаточно для того, чтобы праздничный вечер и чашка кофе превратиться в просто приятное воспоминание по возвращении домой. Для них обоих.

- Психология? – чуть удивленно отреагировала она, искренне надеясь, что ее удивление не было слишком заметно и Минами никак не заденет. Нет, понятно, что если сложить чтение книг и замкнутость, то в сумме выходило именно это, но для Патриции, уверенной, что преподаватели день и ночь заняты в университете, увлечение психологией было немного неожиданно. Хотя, скорее, в положительную сторону. – Это должно быть очень интересно. – Патриция негромко рассмеялась на его фразу о гипнозе и пикапе, искренне надеясь, что Минами не обидится. Воспринять всерьез эти его слова было очень трудно, учитывая всю его отстраненность. – Видите, оказывается и у вас есть хобби.  Или это нужно для вашей работы? Когда-то я читала по психологии «Как стать успешной», но на большее не было времени, к сожалению. Знание психологии вам помогает?

Патологические состояния психологии? И снова напрашивались выводы о его проблемах или проблемах у кого-либо в его семье. Ах да, ведь приехал же он сюда за покупками. Кому же?

- Вы приехали из Лондона сюда за подарки для родных? Или друзей? – Патриция чуть кивнула в сторону пакета и сумочки с праздничными рисунками.

Было странно, но постепенно, словно кусочки пазла собирая для себя образ человека, волей случая столкнувшегося с ней, она всё больше убеждалась, что так было для неё нужно и правильно. За достижением цели часто теряются существенные и важные мелочи, а жизнь, как известно, целиком состоит из мелочей. Сейчас, глядя на Минами, она задумалась, а много ли мелочей она помнит о Малкольме? Что она знает о нём? Что он любит свою семью и обожает племянников; что изысканный, несколько пижонский стиль одежды идет от его внутренней уверенности в себе, которую она так ценит в мужчинах; что оружие и игра на пианино – то, в чем Мэл черпает отдых и вдохновение. Пожалуй, подарок от неё должен быть той самой мелочью, которая расскажет ему, насколько хорошо она знает его. Что ж, ради этого стоило попасть в неприятность, хотя думать так было эгоистично, ведь неприятности она причинила другому человеку. Но, успокоила себя Патриция, она сделала всё, чтобы это загладить.

0


Вы здесь » Неополис » Незавершенные эпизоды » [23 декабря 2015] Праздник к нам приходит...